Все ушли в локдаун

А я вспоминаю, как весной мы ходили в лыжный поход по Камчатке, попали в непогоду и 4 дня просидели в изоляции, под действующим вулканом.

Всё время было холодно, поэтому мы лежали в спальниках, сидели в спальниках или стояли в спальниках. Выход на улицу в туалет закалял лучше Порфирия Иванова. Связи не было. Иногда в гости приходила лиса.
Питание из бытовой необходимости превратилось в главное развлечение, а потом и в таинство. Тарелку каши можно было смаковать час, а потом ещё час пить кружку чая. Дольки шоколада делились на миллиарды, чтобы было чем заняться.

Главным искушением была горячая ванна. Немывшийся неделю, я лежал в четырёх слоях одежды в спальнике, мёрз и одновременно представлял, что сижу в тёплой ванне с пенкой. А потом чувствовал кончик замёрзшего носа и грязные носки на грязных ногах.

Скоро все темы для бесед закончились, все песни спелись. Наступило время тишины. Так я узнал, что болтать с собой можно на разные голоса, в памяти хранится целая википедия странных воспоминаний, а медитировать мне скучно даже в месте, где кроме медитации нечего делать.

Я припомнил себе все плохие поступки, пережил заново все радостные моменты, встретился с теми, с кем десятки лет не встречался.

А на пятый день появилось окно погоды, мы дали газу и через несколько часов, пройдя перевал, оказались в тихой солнечной долине. Через день мы уже съедали кашу за 5 минут, пили чай литрами и шоколад откусывали, а не ломали дольками. А ещё через неделю я лежал в тёплой ванной с пенкой.

***
Данте в «Божественной комедии» писал про Чистилище, куда попадали души, чтобы покаяться в грехах и отправиться дальше в Рай. На Камчатке там можно побывать, не умирая.

Зима, лыжи, непогода, избушка — и вот ты наедине с собой в деревянном чистилище, вынужден в сотый раз перемалывать косточки самому себе. За окном снежный шторм, ты лежишь, пованиваешь и медитируешь на кончик носа.

Прекрасное было время. Жаль, что закончилось.