Участников делят на племена (кросс-функциональные команды) и оставляют в разных коворкингах. Побеждает племя, которое первым нашло market fit и вышло на IPO. Супер-приз забирает тот, кто заработанный на IPO кэш успел инвестировать в health&mindfulness стартап.

Каждую неделя племена соревнуются за вывод фичи на продакшен — это даёт племени неприкосновенность. Проигравшее племя проводит ретроспективу (совет племени). На ней все хвалят друг друга за проделанную работу, обращают провалы в инсайты и записывают их в Confluence. Никто не обвиняет никого в поражении. Но в конце проводится тайное голосование, где выбирают человека, который покинет коворкинг.

Кроме того, каждые 2 дня племена соревнуются между собой за бенефиты — wellness-завтраки, столы-трансформеры, бесплатные подписки на Netflix и уникальный мерч.

Когда общее число участников сокращается вдвое, племена объединяются в одну команду core-продукта. Этому предшествует переговоры между продактами каждого племени, которые выбирают в каком из двух коворкингов будет жить новое племя и придумывают продукту новое название.

По пути участники преодолевают препятствия (challenges):

• «Тайное послание»: команда находит документацию к собственному продукту, но она на китайском языке. Нужно разобраться, как всё работает, чтобы выкатить новую фичу и не положить сервер.
• «Топкое болото»: участники без перерыва проводят онлайн-созвоны и обсуждают планы на завтра. Главное условие — планы не должны повторяться! Побеждает команда, которая смогла провести как можно больше звонков.
• «Eating your own dog food»: перед участниками тёмные закрытые банки, в которых какая-то пища: кузнечики, лягушачьи лапки, пицца, безглютеновая каша, авокадо и т. д. Побеждают те, кто съест всё.
• «Hiring Event»: в помещение запускают стаю диких белок. От каждой команды участвуют двое: один с бейджиком Event Manager, другой с бейджем Recruiter. Event Manager должен загонять белок к Recruiter, а тот ловить их в коробку. Побеждает команда, загнавшая в коробку наибольшее число белок.

Шоу пользуется большим успехом, так как на нём постоянно происходят внештатные ситуации. Люди перебегают из племени в племя, дизайнеры выгорают и не могут дальше проектировать решения, инженеры теряют самообладание и перестают общаться с продактами. Самое страшное из событий происходит к финалу, когда на ретроспективе неожиданно увольняют единственного тестировщика команды — и вывод финальной killer фичи теперь под вопросом.

Придумали фестиваль — Burnout Man.

Как Burning Man, только сначала вы строите то, от чего выгорели, а потом это сжигаете, чтобы больше не выгорать. И постигаете катарсис.

В моём детстве взрослые любили задавать два вопроса: Кого ты больше любишь: папу или маму? и Кем ты хочешь стать? Как будто все мы в детстве проходили глупые и скучные собеседования.

Первый вопрос вызывал во мне протест. Во-первых, когда я был маленький, я любил всех. Во-вторых, уже тогда я чувствовал, что нельзя любить больше или меньше, можно просто любить или не любить. Через 20 лет я прочитал подобную мысль у Довлатова и окончательно утвердился в этой точке зрения.

На второй вопрос лет до 6 я отвечал уверенно: «Хочу быть пожарным!» Потом я хотел быть рок-звездой или писателем. Потом начался 8й класс и я запутался.

Теперь, кажется, я нашёл описание того, кем хочу стать: искренним, смелым и неуязвимым. Совсем неважно, внутри какой профессии это произойдёт.

Это крутая формула Егора Азанова, спасибо ему. А ниже он же формулу расшифровывает:

«
ИСКРЕННОСТЬ — соответствие внутреннего внешнему.
Я говорю то что чувствую и думаю, показываю то, что в самой глубине моего сердца. Проявляю себя полностью, со всеми частями. Не прячусь от себя и от других. Не обманываю себя и других. Открытое сердце.

СМЕЛОСТЬ — умение признать свой страх, выразить его и не ограничивать себя им.
Не избегать страшного. Не бояться заранее. Признавать, если страшно. Выражать это. Позволять себе идти туда, где страшно. Не обманывать себя, что мне не страшно. Свободный выбор.

НЕУЯЗВИМОСТЬ — меня невозможно уязвить.
Если я прячу что-то, избегаю страшного, отказываюсь признавать в себе что-то — меня очень легко уязвить. Как только кто-то или что-то показывает на мои уязвимые места, я тут же начинаю защищаться, атаковать или убегаю.

Если же я смело показываю свои самые уязвимые места, признаю свои страхи и не ограничиваю себя ими — меня невозможно уязвить. Я хожу по Земле как смелый Лев, готовый встретить всё открытым сердцем.
»

Уж извините за интимные подробности. Но меня восхищают небольшие, но значимые улучшения быта. Изобрести ракету, которая сама возвращается на Землю, — это круто. Но изобрести робот-пылесос и посудомоечную машину — круче, потому что на ракете я не летал никогда, а полы и посуду мою каждый день.

Сегодня в обычной клинике мне выдали для сбора биоматериала комплект из контейнера, вакуумную пробирку с консервантом и зип-пакет. Дальше магия: вы наполняете контейнер, закручиваете крышку, в специальное отверстие вставляете вакуумную пробирку вниз горлышком, из-за разницы в давлении пробирка сама (!) наполняется до нужного объёма (!!), вы достаёте пробирку (она не проливается!!!), кладёте пробирку в зип-пакет. Всё! Аплодисменты и слёзы радости.

Если вы родились хотя бы в середине девяностых, вы помните эти постыдные больничные очереди из людей со стеклянными банками (пару раз видел пол-литровые), завёрнутыми в целофановые пакеты (знаю тех, у кого проливались в сумках). Иногда лаборант просил тебя самого заполнить пробирку, а остатки вылить в ведро. Рукомойника, как вы понимаете, по близости при этом не было. А кал вообще сдавали в спичечных коробках. Читающие меня школьники, наверное, думают, что я из Киевской Руси.

В двухтысячных на смену стеклянным банкам и коробкам пришли пластиковые контейнеры. Чуть менее ужасно, но принцип «изгадься при сборе и покажи всем в очереди, что ты несёшь» остался.

И вот теперь кто-то изобрёл эту штуку. Убрал необходимость врачам переливать биоматериалы, а людям торжественно нести литры сквозь очередь. В твиттере про него вряд ли писали, в Википедию и Forbes, наверное, тоже не попал. И внукам, возможно, не расскажет. Но мой мир комфорта он уже изменил навсегда ?

p.s. Посмотрите видео, там показано, как эта гениальная штука работает (на видео фруктовый сок, если что).

Сходили на Приполярный Урал

Республика Коми, национальный парк Югыд Ва — самый крупный в России. 65-я параллель северной широты — это там же, где Аляска и Большое медвежье озеро в Канаде! Суровые заповедные места, куда я очень давно хотел попасть.

Добраться можно только на поезде до медленно умирающего города шахтёров Инта, автомобильных дорог между городами нет из-за болот и мерзлоты. Затем 120 километров на вахтовке через перевалы и реки, потом 100 км пешком. В поездах — бодрые вахтовики из Воркуты, строители Крымского и Керченского мостов, железнодорожные рабочие, охотники, газовики. Как говорится, хотите узнать Россию — садитесь в поезд Анапа — Воркута.

Приполярье — самая высокая часть Уральских гор. Если хотите почувствовать всю прелесть северных походов — это идеальное место. Здесь есть вся красота русского севера: альпийские луга с разнотравьем, тайга и тундра, лиственничные леса, многокилометровые болота и топи с классическим кочками как будто из сказок, сглаженные и острые горы (меньше 2 тыс м., но всегда со снегом), ледники и чистейшие ледниковые озёра, сумасшедшее разнообразие мха всех оттенков зелёного, водопады, горные реки, карликовая берёза и полярная ива, выстилающие землю как ковёр.

Мошка, комары и слепни облепляют с первых часов, но через несколько дней ты уже не обращаешь на них внимание — просто привыкаешь к их постоянному присутствию. Мошка, кстати, успешно прокусывает сетки накомарников (наверное, поэтому они и называются только накомарниками).

Кочевники коми и манси, оленеводы. Стада оленей по несколько тысяч голов. Добродушные лайки. Дикие олени пасутся в 5 метрах от лагеря: белые, серые, чёрные. Выходишь ночью из палатки — вокруг туман и на тебя из него смотрит олень. Кайф!

Полярный день — когда 24 часа в сутках не меняется ничего. Ложишься днём, спишь днём, просыпаешься днём, идёшь днём. Абсолютно не важно, какой сегодня день и час.

Гора Народная — высшая точка Уральских гор. В принципе, в горе ничего примечательного кроме высоты, триангулятора и огромной кучи металлического мусора в виде табличек и прочей ерунды, который на вершину приносят туристы.

Гора Манарага — одна из самых красивых, которую я когда-либо видел. Мрачная, суровая, с характером. Не дошли до вершины 400 метров, попали в грозу со снегом (за час до этого было +35 и не тучки).

Горный хрусталь, кварц, цитрин, раухтопаз — множество красивых минералов, некоторые из которых лежат прямо под ногами. Заброшенные шахты по добыче кварцевого сырья, брошенные в горах вагонетки, проржавевшие на перевалах трактора. На привале встретили матёрых геологов, выигравших грант Русского географического общества и приехавших на разведку. Один из геологов 10 лет назад открыл на Приполярном золото.

Идёшь полторы недели по долинам и перевалам — вокруг никого, связи нет, на горизонте только горы. Как можно это не любить?